неділя, 11 серпня 2013 р.

Айседора Дункан и Сергей Есенин



Айседора Дункан, пообещала себе,  никогда не выходить замуж. Пара поженилась, когда ему было 27, а ей 43.
 Встрече Айседоры Дункан, урождённая Дора Энджела Дункан, англ. Dora Angela Duncan; 27 мая 1877, Сан-Франциско — 14 сентября 1927, Ницца) —  известной американской танцовщицы-новатора, основоположницы свободного танца  с Сергеем Есениным предшествовали тяжелые трагедии, пережить которые  едва ей удалось.
Ее дети, мальчик и девочка, погибли в Париже, в автомобильной катастрофе, много лет тому назад. В дождливый день они ехали с гувернанткой в машине через Сену. Шофер затормозил на мосту, машину занесло на скользких торцах и перебросило через перила в реку. Никто не спасся. (Если быть более точным, то все произошло следующим образом: автомобиль с гувернанткой и детьми заглох. Шофер вышел, чтобы проверить мотор. Внезапно автомобиль стал задом катиться к Сене. Водитель бросился к дверце, но не смог открыть ее, ручку заклинило, машина накренилась и сползла в реку. Когда автомобиль, наконец, достали из реки, пассажиры были мертвы. После трагедии Айседора ходатайствовала за водителя, которого задержала полиция. "Он - отец, и я должна знать, что он вернулся в семью". - Л.П.)

Париж был потрясен трагедией Айседоры и ее мужеством. Никто не видел ее слез. "Когда я возвращалась в свое ателье, я твердо решила покончить с жизнью. Как могла я оставаться жить, потеряв детей? И только слова окруживших меня маленьких учениц: "Айседора, живите для нас. Разве мы - не ваши дети?" - вернули мне желание утолить печаль этих детей, рыдавших над потерей Дирдрэ и Патрика".
Вскоре Дункан родила еще одного ребенка. Услышав крик сына, Айседора едва не задохнулась от счастья. Она вновь держит в объятиях собственного ребенка! Это счастье было коротким: через несколько часов мальчик умер. "Мне кажется, что в эту минуту я испытала наибольшие страдания, которые могут быть назначены человеку на земле, так как в этой смерти как будто повторялась смерть двух первых детей, повторялись прежние муки, и к ним присоединились еще новые".
В 40 лет она уже и не думала о том, что ей суждено пережить, пожалуй, самую захватывающую любовь своей жизни. Когда известная лондонская гадалка предсказала ей скорую свадьбу на русской земле, Айседора просто рассмеялась ей в лицо и ушла, не заплатив. Осенью 1921 года она встретила Есенина…
Она полулежала на софе. Есенин стоял возле нее на коленях, она гладила его по волосам... Трудно было поверить, что это первая их встреча; казалось, они знают друг друга давным-давно, так непосредственно вели они себя в тот вечер их первой встречи.
Они "проговорили" весь вечер на разных языках буквально (Есенин не владел ни одним из иностранных языков, Дункан не говорила по-русски), но, кажется, вполне понимая друг друга.

Оба они решили закрепить свой брак по советским законам, тем более что им предстояла поездка в Америку, а Айседора хорошо знала повадки тамошней "полиции нравов"... Загс был сереньким и канцелярским. Когда их спросили, какую фамилию они выбирают, оба пожелали носить двойную фамилию - "Дункан-Есенин". Правда, в Германии их брак признали недействительным, и им пришлось жениться еще раз. Теперь Айседора стала просто Есениной. А чтобы не смущать молодого мужа значительной разницей в возрасте, она «слегка» изменила дату своего рождения, оказавшись старше Сергея не на 18, а всего на 9 лет.
Берлин Есенина сильно издергал. Путешествие по Италии немного успокоило его, настроение улучшилось, но тоска по родине мучила его. А вот Америка вызвала у Есенина неутихающее раздражение. Здесь он был никем. Неприкаянный поэт, муж известной жены, оторванный от всего того, что он так любил и превозносил в своих стихах. С каждым месяцем отношения между супругами накалялись, пока они не стали друг другу чужими. Есенин не мог во всех этих путешествиях нормально писать, они его изматывали, после возвращения на родину ему по уговору друзей пришлось лечь в клинику. 

После таких фактов сложно назвать Айседору Дункан музой поэта. Пожалуй, его музой была Россия, ее природа, ее такая родная и близкая красота, хотя стихи женщинам Есенин посвящал.

После возвращения из-за рубежа в августе 1923 года "Дункан, - рассказывает журналистка Г.Бениславская, - вскоре уехала на юг (на Кавказ и в Крым). Не знаю, обещал ли Сергей Александрович приехать к ней туда. Факт тот, что почти ежедневно он получал от нее и Шнейдера телеграммы. Она все время ждала и звала его к себе. Телеграммы эти его дёргали и нервировали до последней степени, напоминая о неизбежности предстоящих осложнений, объяснений, быть может, трагедии. Все время придумывал, как бы это кончить сразу. В одно утро проснулся, сел на кровати и написал телеграмму: "Я говорил еще в Париже, что в России я уйду…теперь я женат». Да, он женился на Софье Андреевне Толстой, еще не разведясь с Дункан. Рядом с Айседорой Дункан Есенину нужно было постоянно сдерживать свою натуру, это требовало большого напряжения, изменить его могла только настоящая глубокая исцеляющая любовь, но ее не было, была страсть, увлечение славой известной танцовщицы, а затем усталость, раздражение и желание освободиться.

14 сентября 1927 года в Ницце Айседора Дункан села в машину. "Через минуту после этого, - рассказывает писательница Мэри Дести, - она была мертва. Танцовщица пережила поэта всего на два года, причиной стал ее любимый в танцах атрибут – шарф, который за несколько секунд намотался на колесо спортивной машины и прервал жизнь Айседоры Дункан.

Танец Дункан — это не просто историческое наследие, которое нужно сохранять, но и живая, современная и по сей день очень выразительная форма искусства.
Она получила классическое образование, а любовь к искусству, поэзии и литературе унаследовала от своей матери.

В процессе занятий по системе Дункан дети и подростки начинают постепенно освобождать дыхание, раскрепощать тело и вскоре буквально расцветают. Основное преимущество метода — свободное владение опорно-двигательным аппаратом становится инструментом к гармонизации личности. Поэтому можно смело утверждать, что воспитание через танец Дункан носит не только эстетический характер".
Сегодня открываются и новые возможности хореографии Дункан. Тело и психика взаимосвязаны, а отдельные изменения в сфере эмоциональной или мыслительной вызывают изменения во всех этих областях. Часто люди при высокой степени телесного напряжения не осознают свои чувства. Мышечный зажим — это невыведенная эмоция, которое мешает человеку (который зачастую этого не осознает) почувствовать себя целостной личностью. И если с помощью танца активизировать тело, освободить напряжение, то и освободятся, а значит, обострятся чувства. Совершенствуя координацию, достигая гармоничного владения телом, удается гармонизировать внутренний эмоциональный мир человека.
Основные идеи Айседоры Дункан высказаны более столетия назад и живут по сей день. Прежде всего, это музыкальность движения и чувствительность к малейшим нюансам музыки, движение из центра (который в человеческом теле находится примерно в районе солнечного сплетения), гармония всех частей тела в процессе движения, текучие плавные движения, которые на первый взгляд кажутся очень простыми.

И по сей день живут, и трогают сердце и душу стихи крестьянского паренька, светловолосого и голубоглазого, Сергея Есенина. И совсем не случайно, что два таких блистательных таланта, две таких неудержимо творческих личности встретились и соприкоснулись, хоть и ненадолго!
И еще мне кажется, что Сергей Есенин не искал музу, не искал штормов и страстей, он искал тихую гавань, где его душа и сердце могли отдохнуть и насладиться настоящей любовью,  где он мог купаться в лучах славы и обожания, но его бескокойный неугомонный талант выжигал его изнутри и постоянно гнал в штормовое состояние. Но в итоге его прославили ни женщины, ни скандальные выходки, а прекрасные стихи.

 Воздух прозрачный и синий

Воздух прозрачный и синий,
Выйду в цветочные чащи.
Путник, в лазурь уходящий,
Ты не дойдешь до пустыни.
Воздух прозрачный и синий.
Лугом пройдешь, как садом,
Садом в цветенье диком,
Ты не удержишься взглядом,
Чтоб не припасть к гвоздикам.
Лугом пройдешь, как садом.
Шепот ли, шорох иль шелесть –
Нежность, как песни Саади.
Вмиг отразится во взгляде
Месяца желтая прелесть,
Нежность, как песни Саади.
Голос раздастся пери,
Тихий, как флейта Гассана.
В крепких объятиях стана
Нет ни тревог, ни потери,
Только лишь флейта Гассана.
Вот он, удел желанный
Всех, кто в пути устали.
Ветер благоуханный
Пью я сухими устами,
Ветер благоуханный.
1925




1 коментар: